02.11.2017
ЗАЧЕМ НУЖЕН РАЗДЕЛЬНЫЙ СБОР ОТХОДОВ И ЧТО ЭТО ТАКОЕ?

Отчего у нас в стране все нет и нет раздельного сбора бытового мусора? Неужели виной тому низкая сознательность населения? А может, причина в том, что всякая система должна быть экономически целесообразной? Что необходимо для организации полноценного раздельного сбора ТКО в крупном городе?

Десять лет назад в Петербурге был проведен эксперимент по раздельному сбору твердых коммунальных отходов. На многих пунктах их временного накопления установили синие и желтые контейнеры по 0,75 куба для бумаги и упаковки, 6-кубовые контейнеры для смешанных отходов и 14-кубовые для крупногабаритного мусора. Населению предложили смешанный мусор складировать в большие контейнеры, а сортированный — в малые. К сожалению, эта инициатива не привела к положительному результату, в чем ответственные лица поспешили обвинить население, мол, люди у нас не такие, как в Европе. Истинные причины неудачи остались в тени. Об этом можно бы и забыть, но введение раздельного сбора продолжает обсуждаться на различных уровнях общества. Поэтому полезно внимательно изучить имеющийся опыт.

Для начала обратим внимание на пункт утилизации и временного хранения отходов, в просторечии — мусоросборную площадку. Как отмечено выше, для раздельного сбора ресурсных фракций отвели 1,5 м3 объема накопительной базы, а для смешанных отходов — 20 м3. Получалось, что жители по объему раздельно собирали только 7% ТКО, а 93% смешанно. В Петербурге в то время был всего один пункт ручной сортировки. На новые сортировочные мощности город территорию не выделил. Поэтому для доставки к месту обработки приходилось обе раздельно собранные ресурсные фракции ссыпать в один ресурсовоз. Отмечу, население ответственно подошло к мероприятию. Качество сырьевой массы было удовлетворительным (не более 20% примеси по объему). Следовательно, при такой организации раздельного сбора, из 100 кубометров мусора после сортировки, оставалось только 6 кубометров сырья. С учетом того, что удельный вес ресурсных фракций в два раза меньше, чем у смешанных отходов (упаковка, бумага, полимеры объемные и легкие), после прессования от общей массы отходов утилизировалось в лучшем случае три процента. Остальное приходилось размещать на полигонах. При этом затраты на обращение отходов существенно увеличились. В частности, подорожал сбор, ведь надо было переоборудовать площадки, установить дополнительные дорогостоящие контейнеры, обеспечить их обслуживание и ремонт, увеличить число рейсов, оплатить сортировку. Увеличился выброс выхлопных газов на дополнительные рейсы. Очевидно, что общественные трудозатраты, с учетом «домашней» сортировки жителями отходов, возросли. Они никак не покрывались стоимостью полученного вторичного сырья, да и экологический эффект был не велик. Уместно задать вопрос, так что же такое — раздельный сбор и нужен ли он нам?

Наверное, бесполезно убеждать пламенных активистов, для которых «раздельный сбор» давно стал религией и способом повышения самооценки. Грех отнимать последнее, «ведь на Западе все так делают»… Да, на Западе что-то получается, но не потому, что они практикуют раздельный сбор, а потому, что развивают сбережение ресурсов на основе постоянного совершенствования, как минимум, шести технологических направлений и оказывают этому серьезнейшую государственную экономическую, законодательную и политическую поддержку. Для них оный есть элемент системы ресурсосбережения при обеспечении обращения отходов. Поэтому развивать нужно не «раздельный сбор», а ресурсосбережение посредством раздельного сбора или иных доступных и эффективных технологий. Как экономист скажу, что никакого раздельного сбора не будет, если мы не сэкономим общественные трудозатраты. Сделать это возможно исключительно путем технологического развития отдельных направлений раздельного сбора: специализированного сбора крупногабаритных отходов, отходов повышенной опасности, влажных органических отходов, макулатуры, стекла, упаковочных отходов и т.д. При этом каждая цепочка машин и механизмов должна будет состоять из специальной накопительной базы, специализированного автотранспорта, специализированной сортировки, специализированного оборудования для утилизации полученного сырья. И все это должно работать без убытка в некой выверенной, просчитанной и, к сожалению, не дешевой экономической матрице. Поэтому, чем богаче страна, тем развитее «раздельный сбор», и наоборот. Правда, в Америке, он не сильно развит, зато там лучшая система с точки зрения экономики. А у нас хотят въехать в рай исключительно за счет сознательности граждан. Не получится.

Что сегодня необходимо для организации полноценного раздельного сбора твердых коммунальных отходов в таком крупном городе как Петербург, чтобы «как на Западе». Первое, надо реконструировать около семи тысяч контейнерных площадок под пять-шесть контейнеров, ряд которых должны иметь большой объем. Часть типов контейнеров необходимо специально спроектировать под новые задачи, и, соответственно, наладить их серийное производство и сервисное обслуживание. Это необходимо для того, чтобы масса выгружаемого из контейнера сырья оправдывала затраты на рейс автомобиля. К примеру, если вы поставите под сбор боя стекла контейнер 0,75 м3, то обанкротитесь, а если 2 м3, то сведете концы с концами. Цены на рынке стекла известны, больше никто не даст. Такая реконструкция потребует около одного миллиона рублей на оборудование одной площадки. Общие затраты от пяти до семи миллиардов рублей. Для работы с новыми контейнерами нужна новая линейка машин и спецоборудования. Тоже деньги.

Проектирование, организацию производства, сервис такого крупного инфраструктурного проекта предпринимательство за свой счет ни как не потянет, а государственная поддержка упирается в законодательство о госзакупках. Та же «Канатчикова дача» или ООО «Детский сад № 8» может участвовать в любом конкурсе и это практически стопроцентная гарантия того, что деньги на проектирование никогда не дойдут до тех, кто еще способен что-то реальное делать. Да и вообще, в нашем государстве эти деньги регуляторами реально используются по иному назначению. В результате государственная машина штампует никчемные программы и долголетние стратегии, которые никогда не исполнятся и отменяются, без анализа причин провала, принятием новых пустышек.

Третье, раздельно собранные фракции отходов содержат примесь. Их нельзя сразу везти потребителям вторсырья. Необходима специализированная ручная сортировка. Мало того, что это неквалифицированный, тяжелый, вредный и грязный труд. Максимальная производительность сортировщика на линии не превышает 4,5 тонны отходов в смену. Значит для нашего города, накапливающего 3 миллиона тонн производственных и около двух миллионов тонн бытовых и коммерческих отходов необходимо как минимум 2 тысячи рабочих мест сортировщиков, используемых в две смены. Кроме того, для обслуживания процесса потребуются работники иных специальностей. Для такого количества персонала нужно строить несколько крупных технопарков. Это еще, как минимум, 5 – 7 миллиардов рублей, а может и больше.

Где такое производство размещать? Явно, не в городе, и не близко, ведь санитарно-защитная зона для таких объектов не менее километра. А раз так, это значит, что транспортные затраты будут чрезмерными, да и саму транспортную технику придется поменять. Не берусь считать, сколько уйдет средств. Можно, конечно, использовать систему перегрузов, но тогда качество сырья резко ухудшится. И что общество получит? Неквалифицированный труд, транспортные издержки, выбросы выхлопных газов, низкокачественное сырье, громоздкую, неэффективную и затратную инфраструктуру, высокие тарифы, справедливое возмущение населения. И при всем этом, в лучшем случае, лишь через десять – пятнадцать лет достигнем уровня ресурсосбережения, демонстрируемого сегодня в развитых странах.

Лично я был ярым приверженцем технологии раздельного сбора, и не только в разговорах. Десять лет назад мне пришлось руководить упомянутой выше сортировкой. Мы нашли способ существенно уменьшить издержки на сбор ресурсных фракций, но это требовало дополнительных затрат на инфраструктуру, массы согласований, изменения транспортной техники и логистики и, все равно, оставалось нерентабельным. Следовательно, надо было повышать тарифы для жителей. Конечно, не в четыре раза, как при сжигании, но, все равно, это тупик. И в это время появилась новая, гибкая, высокоэффективная, современная технология механической автоматизированной обработки твердых коммунальных отходов. Выбор был очевиден.

Я сочувствую бескорыстным представителям общественных движений, которым «иностранные агенты — грантодатели» поют песенку про социальные и экологические подвиги на базе раздельного сбора. Для отрезвления предлагаю, всем кто желает, поработать на ручной сортировке мусора. Приходите. Это не прогулка вдоль озера в погожий денек с целью очистки берега от мусора. Все гораздо прозаичней и заработная плата соответствующая. Не понимаю, почему мы в России не должны использовать передовой технологический опыт, а ведь именно к этому нас призывают грантодатели. «Давайте, мол, будем делать то, что запад делал тридцать лет назад». Зачем? Мы же не собираемся жить в прошлом веке и всегда быть отстающими? Понятно, зачем Запад подкармливают таких активистов, не понятно, почему это поддерживают отдельные представители власти. Наверное, лень разбираться.

Отличие предпринимателя от общественника или безграмотного чиновника в том, что он не может себе позволить опираться на малопродуктивный труд. Если появляется более эффективная с точки зрения экономики, ресурсосбережения, производительности труда, экологической безопасности, технология она непременно победит. Это не значит, что раздельный сбор не востребован. Он нужен в экономически оправданных рамках и на удаленных территориях.

Россиянин в среднем накапливает около 350 килограммов отходов в год. Из них 35% — влажная органика, пригодная для изготовления компоста, почвогрунта и, в перспективе, улучшения плодородия почвы; 10-12% — достаточно просто извлекаемое вторичное сырье (металлолом, макулатура, полимеры); 24% — низкосортное вторичное сырье, пригодное для изготовления топлива, по теплотворной способности соответствующего бурым углям; 23% — смешанные и загрязненные твёрдые бытовые отходы (не содержащие влажной органики — основной причины токсичности полигонов), их возможно спрессовывать для снижения объема и захоранивать; оставшиеся 2% — отходы повышенной опасности, которые необходимо собирать отдельно. Если работу с отходами построить на базе современных технологий площадь полигонов сократится, как минимум, в 5 раз.

В Российской Федерации имеется такой опыт. В Петербурге в 2011 году построен завод отделяющий ресурсы из потока отходов в полуавтоматическом режиме. Назначение Завода обеспечивать снижение негативного воздействия отходов производства и потребления на окружающую природную среду наиболее экономичным способом, с соблюдением приоритета утилизации над захоронением и обеспечением наивысшего уровня комплексности использования отходов.

Впервые в нашей стране создано предприятие для комплексной переработки мусора, технология которого обеспечивает соблюдение иерархической последовательности главных принципов управления отходами: минимизация, ресурсосбережение; использование энергетического потенциала, снижение опасных свойств, захоронение. Применяемая здесь гибкая, комплексная технология индустриального ресурсосбережения (КТР) позволяет механическим способом, в полуавтоматическом режиме, без обременения жителей обязанностью раздельного сбора основной массы отходов и высоких платежей, в краткие сроки превысить уровень использования ресурсных фракций отходов, достигнутый в большинстве стран Европейского союза, резко, в пять раз, снизить количество отходов, размещаемых на полигонах, коренным образом улучшить экологическую обстановку. Технология предполагает поэтапную переработку отходов. На каждом из этапов производится товарная продукция. В процессе переработки ресурсные фракции отходов подвергаются автоматической и ручной сепарации, аэробной ферментации и обогащению с последующим дроблением. В результате для захоронения остается не более 22-25% от начального количества отходов. Это так называемые вторичные отходы, представляющие собой обезвреженную массу мусора 5 класса опасности (неопасные). Высокосортное вторичное сырье, извлеченное из ТКО используются на предприятиях регионального промышленного комплекса, из низкосортного вторичного сырья изготавливается альтернативное топливо, широко применяемое ныне в странах Европы. К примеру, в Германии с 2000 по 2008 год производство такого вида энергии возросло в 3,6 раза, в Италии в 4,7 раза, в Польше в 9,5 раза и так далее (LIFE+ ENERGY-WASTE LIFE09 ENV/GR/000307). Лидером производства SRF является Германия, где, как раз, больше всего развит раздельный сбор. Если не использовать низкосортное вторичное сырье для изготовления альтернативного топлива четверть ценных ресурсов, содержащихся в бытовом мусоре, придется захоранивать. Это принесет двойной ущерб, как окружающей среде, так и экономическому благополучию, потому что придется использовать ископаемое топливо, сжигание которого также приведет к выбросам загрязняющих веществ. Немцы, итальянцы, французы, англичане, португальцы, шведы, греки, поляки, испанцы, финны, даже украинцы понимают это. Думаю, время бездумной, экономически неоправданной траты и потерь ресурсов проходит и для России. Более того, сегодня мы имеем существенное преимущество перед странами запада. Современные технологии автоматизированной сортировки позволяют восстанавливать основную часть сырьевого потенциала без обременения населения обязанностями раздельного сбора. При этом, даже если использовать самые не дорогие элементы нашей технологии, возможно получить приличные деньги по ответственности производителя.

Новая индустриализация России будет строиться на принципах зеленой экономики, оборотного ресурсного цикла, наиболее передовых технологиях, что возможно исключительно на базе отечественного промышленного капитала, просчитанной цифровой экономической модели, в организационных рамках современных корпораций. Все остальное, типа строительства мусоросжигательных заводов или иных мертворожденных инициатив за государственный счет отпадет как шелуха.

Петербург, Ленобласть и ряд регионов северо-запада России, развивая систему автоматизированных мусорообрабатывающих комплексов и индустриальных методов обработки отходов, критических технологий, здесь лидируют, а это новые высокопроизводительные рабочие места, высокая заработная плата, достойное состояние окружающей среды, оздоровление территорий.

Есть видение, как запустить этот процесс в целом по России, когда страна к этому будет готова. Все зависит от мудрости региональных органов власти, ведь они по закону являются организаторами процессов сбора и переработки отходов. Институт региональных операторов в связи с существенными недостатками Закона «Об отходах производства и потребления», сопутствующей нормативной документации, ликвидацией конкуренции, отсутствием целей и критериев скорее всего не оправдает возлагаемых на него надежд, но это тема отдельного разговора.

Николай КОЛЫЧЕВ,
генеральный директор НИИ «Техногенных ресурсов», вице-президент Ассоциации «СОЮЗРЕСУРС», председатель подкомитета по отходам и ресурсосбережению Союза промышленников и предпринимателей Петербурга, почетный работник ЖКХ России.

Опубликовано в 11-м номере журнала «Твёрдые бытовые отходы» за 2017 год.


НАШ TELEGRAM
Статьи / 51 / Искандер-ака / Рейтинг: 5 / 1
Всего комментариев: 0
«Эко.знай» — международный сетевой ресурс экологического просвещения © 2015-2017.    Редактор — Александр Жабский.    +7-904-632-21-32,    zhabskiy@mail.ru