08.03.2019
Климатические сюрпризы

В конце января немецкие экологи — профессор Фриц Варенхольт (Fritz Vahrenholt) и политик Франк Боссе (Von Frank Bosse) поместили на их совместном блоге «Холодное солнце» (Die kalte Sonne) анализ опубликованной в том же месяце в журнале Science статьи американских климатологов, наносящей чувствительный удар по климатическому алармизму. Предлагаем вам её перевод.

 

Очень читаемая американская статья, опубликованная в январе 2019 года в журнале Science (Джеффри Гебби, Океанографический институт Вудс-Хоул / Питер Хайберс из Гарвардского университета, далее — GH19), называется «Малый ледниковый период и глубокое тихоокеанское похолодание 20-го века». Это поистине увлекательное чтение! Авторы заново проанализировали измерения температуры, проведённые в глубинах океана в ходе знаменитой экспедиции «Челленджера» в 1870-х годах (речь идёт о парусно-паровом корвете, который участвовал в первой океанографической экспедиции (1872—1876 годы). Результаты проведённых тогда исследований легли в основу такой научной дисциплины, как океанография. — Прим. А.Ж.). 

 

Парусник плыл по Атлантике и Тихому океану, добывая, вероятно, первые данные об океанах на глубине более 2000 метров. Переосмысление старых данных — это шедевр! Вот что открылось: Тихий океан вовсе не остывал в глубине с 1870 года до сегодняшнего дня, в отличие от Атлантики. Создав модель потока глобальных вод на глубине, авторы добрались до дна и пришли к выводу: циркуляция глубинных морских вод свидетельствует, что тихоокеанские глубины по сию пору хранят следы средневекового теплого периода (MWP, около 950-1250 гг.) и перехода к Малому Ледниковому периоду (около 1500-1800 гг.). Нагретой 1000 лет назад воде потребовалось немало времени, чтобы опуститься в Тихом океане на глубину 3000 м! Это говорит о двух вещах: MWP был глобальным масштабным событием. Он не отражен в климатических моделях, поэтому является «неизвестным субъектом» МГЭИК. Однако, он по-прежнему действует и поныне; статья GH19 — тому безусловное подтверждение.

 

Изменение температуры в Тихом океане согласно их статье:

 

Изменение температуры в Тихом океане до глубины 5500 м. MWP на поверхности нагревал воду на глубине до 1300 г. н.э., а последующее охлаждение Малого ледникового периода (LIA) позже также сохранилось в глубинах Тихого океана. После 1750 года океан все еще "прогревается", и охлаждённые воды там сохраняются и по сей день. Источник: Дополнения Рис. S5 от GH19

Изменение температуры в Тихом океане до глубины 5500 м. MWP на поверхности нагревал воду на глубине до 1300 г. н.э., а последующее охлаждение Малого ледникового периода (LIA) позже также сохранилось в глубинах Тихого океана. После 1750 года океан все еще "прогревается", и охлаждённые воды там сохраняются и по сей день. Источник: Дополнения Рис. S5 от GH19

 

Это прекрасный пример того, что наш климат вовсе НЕ пребывал в равновесии около 1750 года, из чего исходят все климатические модели. Мы до сих пор ощущаем влияние MWP. Те, кто ищет определение чувствительности долгосрочного (в течение несколько столетий) повышения температуры (ECS) с удвоением содержания CO2, исходя из наличия баланса в океане около 1750 года и того, что потепление по-прежнему объясняется антропогенным фактором, пренебрегают тем, что в 1750-х годах сохранялось остаточное тепло (в моделях, как мы уже сказали, совершенно не учитываемое). Таким образом, увеличение общего содержания тепла в океанах до сегодняшнего дня меньше, чем предполагают модели, и это приводит к снижению чувствительности к антропогенным воздействиям. Это также отметил Ник Льюис в своем комментарии к статье, где отмечается значительное сокращение размера ECS по сравнению с результатами, отражёнными в статье GH19, даже если следующие расчеты соответствуют рекомендациям МГЭИК.

 

Если выводы Гебби и Хайберса подтвердятся, доклад МГЭИК должен быть существенно пересмотрен, особенно в том, что касается долгосрочных прогнозов температуры. Но это также относится к ожидаемому потеплению до 2100 года, что отражено в оценках TCR (переходный климатический ответ) с удвоением концентрации CO2.

 

Один из нас, Франк Боссе, разместил в начале января 2019 года для обсуждения пост в блоге Джудит Карри. В нём он пытался вывести естественную изменчивость климата в 1950–2016 годах из наблюдений, а НЕ из моделей. В конечном итоге, принимая во внимание все допущения МГЭИК, чувствительность к климату TCR составляет около 1,3°C / вдвое больше, чем содержание углекислого газа в нашей атмосфере. Если добавить общеизвестные влияния вулканов, циклы колебания температуры поверхностного слоя воды в экваториальной части Тихого океана (ENSO) и солнечного влияния (также предполагаемые МГЭИК) и проследить внутреннюю изменчивость с 1950 года, годовая кривая температуры может быть восстановлена ​​только с помощью следующих величин:

 

Реконструированная глобальная история температур с 1950 года (темно-синий) и реальная наблюдаемая (зеленый).

Реконструированная глобальная история температур с 1950 года (темно-синий) и реальная наблюдаемая (зеленый).

 

Совпадение поразительное, и оно произошло не из-за перенастройки (подгонки, «настройки») многих параметров, как это делается во многих климатических моделях, где даже порядок «настройки» параметров значительно сказывается на результате. Хорошая реконструкция происходит из определения TCR 1,3, в отличие от моделей для 5-го оценочного доклада МГЭИК, путем установки 1,85. Это указывает на потепление на 30% меньше, чем дают модели.

 

Если следовать подходу, принятому МГЭИК, выходит, что (почти) все долгосрочное потепление в примере, показанном с 1950 года, вызвано «антропогенным воздействием», в основном посредством выбросов СО2. Даже долгосрочные исследования показывают это: если кто-то выберет аналогичную процедуру и исследует периоды с 1870 года, то неизбежно получит следующее: всякая тенденция к потеплению происходит от антропогенных факторов. Все подобные методы включают это требование. Любой долгосрочный природный источник исключается, если предположить, что наш климат находился в состоянии «равновесия» в 1750-х годах, то есть что он не имел долгосрочных последствий и только (кратковременная в терминах десятилетий) внутренняя изменчивость, вулканы и ENSO оказывали влияние на климат, кроме, конечно, намного более долгосрочных изменений благодаря орбите Земли (ледниковые периоды и межледниковья).

 

В свете статьи Гебби и Хайберса, упомянутой выше, весьма сомнительно, что влияния, действующие более длительные периоды времени, могут с самого начала игнорироваться процедурой в соответствии с МГЭИК. Это означает, говоря простым языком, что приведенная выше оценка чувствительности является скорее верхним пределом и что, учитывая тепло океана, которое не было в климатическом равновесии в 1750-х годах, вероятно, окажется меньше.

 

Мы снова и снова слышим, что наука вряд ли может сказать что-то новое об антропогенном изменении климата. «Наука исчерпана». Не поддавайтесь на это! Статья GH19 — яркий пример истинной науки о климате. Мы с нетерпением ждем дальнейших новостей, и наблюдения нам в этом помогут. Если не зацикливаться на моделях, а развивать эмпиризм, то и не такое ещё узнаем!

 

Перевод с немецкого Александра ЖАБСКОГО.

 

Оригинал публикации.

 

Статьи / 38 / Искандер-ака / Теги: климатический алармизм, изменение климата, температура воды, климатическая наука, океаны, глобальное потепление / Рейтинг: 5 / 1
Всего комментариев: 0
«Эко.знай» — международный сетевой ресурс экологического просвещения © 2015-2019.    Редактор — Александр Жабский.    +7-904-632-21-32,    zhabskiy@mail.ru   
Google PageRank — Ecoznay.ru — Анализ сайта