21.12.2021
Климатические алармисты докопались уже и до оленей Санты

Полюбуйтесь, какую ахинею опубликовал на днях столь мной почитаемый журнал британских интеллектуалов «Беседа» (The Conversation). Её автор — человек вроде бы учёный: всё же доцент кафедры экологии Нортумбрийского университета в британском Ньюкасле Майк Джеффрис. Но читаешь — и диву даёшься...

 

Сани Санты, как известно, запряжены восемью оленями — ну, девятью, если учесть ещё и светящегося Рудольфа, который сто лет спустя счастливо возник перед заплутавшим в тумане Сантой, как путеводная звёздочка, и присоединился к его упряжке-восьмерику. Классическая восьмёрка — это Стремительный, Танцор, Скакун, Резвый, Купидон, Комета, Гром и Молния. Последние два — лёгкий для восприятия на слух перевод с голландского, но все восемь звучат как озорная оленья ватага.

 

Однако последствия большинства межконтинентальных перелётов не столь радужны. Авиаперелёты вносят значительный вклад в изменение климата: считается, что в ходе одного рейса из Лондона в Сан-Франциско выделяется столько углерода, что этого достаточно, чтобы растопить пять квадратных метров арктического морского льда. Для Санта-Клауса это делает подготовку к Рождеству ещё более напряженной: олени — это экологически чистый вид транспорта? Чтобы ответить на этот вопрос, нам нужно понять, как олешки проводят остальное время года.

 

Проблема Санта-Клауса в том, что олени — жвачные животные: они поедают растения, которые в кишечнике ферментируются, и вырабатывается метан — мощный парниковый газ. Но пока олени не в праздничном полёте, а обретаются на земле, они грызут небольшие кусты, и это оказывает значительное влияние на углеродный баланс арктического ландшафта.

 

Заправка бака перед Рождеством. Ненецкий национальный округ/Shutterstock

Заправка бака перед Рождеством. Ненецкий национальный округ/Shutterstock

 

Недавнее исследование, проведенное на норвежско-финляндской границе, сравнивало почвенные грибы в районах, где круглый год пасутся северные олени, с местами, где олени пасутся только зимой (ну, за исключением сочельника, когда они, как вы знаете, возят по небу Санту). Выпас только зимой позволил березовым лесам разрастись по всей тундре. Но в местах, где олени пасутся круглый год, вересковой растительности больше. Плодородные почвы, созданные березами, и виды грибов, обитающие в почвах под деревьями, выделяют больше углерода. Но более специализированные грибы в почве под вереском действуют медленнее, что позволяет запасы углерода накапливать.

 

Считается, что олени сдерживают рост березовых лесов, распространение которых высвобождает углерод из почвы. Выпас северных оленей определяет, становится ли местная тундра более засаженной деревьями и теряет углерод, или остается покрытой карликовыми кустарниками, которые более надёжно удерживают углерод в почве. Это наверняка более чем компенсирует их метановую отрыжку, делая оленей углеродо-отрицательными.

 

Но есть загвоздка

 

Между прочим, березовые леса — как раз то место, где полно мухоморов (Amanita muscaria). Это классические мультяшные грибы, которые выглядят как ярко-красная подушечка, искусно украшенная попкорном.

 

Говорят, что северные олени, которые едят эти грибы, бегают кругами, издают странные звуки и подергиваются, что, по моему опыту, является характерным признаком рождественского праздника, но в данном случае — из-за воздействия психоактивных токсинов, содержащихся в мухоморах. Некоторые оленеводы даже пьют мочу оленей, наевшихся этих грибов. Это питьё сохраняет галлюциногенные эффекты мухоморов, но при этом без их токсичности.

 

Не вздумай есть его, Молния! Хартмут Голдхан / Shutterstock.

Не вздумай есть его, Молния! Хартмут Голдхан / Shutterstock.

 

К сожалению, то, что попадает в один конец оленя, может вызывать проблемы с углеродным балансом, когда выходит с другого его конца. Второе исследование, проведенное в 2021 году на северо-востоке Финляндии, показало, что олений помёт, оседающий на болотах, где животные пасутся летом, может значительно увеличить производство торфяниками метана.

 

Этот процесс, по-видимому, является прямым результатом жизнедеятельности микробов, производящих метан, которые попадают на торфяники из рубца северного оленя (по сути, это первая камера желудка, камера брожения, где микробы помогают переваривать пищу северного оленя) вдобавок к уже существующей там микробной жизни.

 

Бактерии, вырабатывающие метан в помёте, включают виды, которые обычно не встречаются на болотах, поэтому олений помёт инокулирует болотные почвы дополнительной способностью вырабатывать метан. Считается, что самки крупного рогатого скота или овцебыков делают нечто подобное, что может объяснить повышенное выделение метана из арктических почв, где эти животные пасутся. Но поскольку Санта не использует ни одно из этих более крупных животных, оставим пока их в покое.

 

Отношение оленей к проблеме остается загадочным, но винить их не стоит. Олени на самом деле являются сотрудниками Санты в мистерии «Рождественская ночь», но животные не пользуются той же охраной труда, что и люди. Если этого недостаточно, чтобы побудить вас тушить больше моркови вместо мяса, то я уж и не знаю, что поделать.

Статьи / 24 / Искандер-ака / Теги: парниковые газы, экология, санта-клаус, климатический алармизм, метан, болота, олени / Рейтинг: 5 / 1
Всего комментариев: 0
«Эко.знай» — международный сетевой ресурс экологического просвещения © 2015-2021.    Редактор — Александр Жабский.    +7-904-632-21-32,    zhabskiy@mail.ru   
Google PageRank — Ecoznay.ru — Анализ сайта