07.09.2017
Запах в законе

 

 

Как измеряют запахи и чем они могут навредить человеку — в интервью «Санкт-Петербург.ру» с главой лаборатории НИИ «Атмосфера» Владимиром Цибульским.

 

Первый для России норматив для концентрации неприятных запахов в атмосферном воздухе может появиться уже к декабрю 2017 года — соответствующие поправки начали обсуждать на федеральном уровне. Пока в российском законодательстве запахи вне всяких норм, а контролирующие органы могут измерить лишь концентрации индивидуальных загрязняющих веществ, обладающих запахом. Это приводит к тому, что предприятия могут источать сколь угодно сильное зловоние и не иметь проблем с законом.

 

Собеседник «Санкт-Петербург.ру» — начальник лаборатории ольфактометрического анализа запахов АО «НИИ Атмосфера», инициатор соответствующих поправок в законодательство Владимир Цибульский уверен в том, что проблема неприятных запахов должна решаться не на федеральном уровне, а на уровне региона.

 

— Существуют ли в России, в частности — в Петербурге, нормативы по запахам? Как можно законно воздействовать на предприятия-источники запахов в городе?

 

— В России в рамках гигиенического нормирования существует система мониторинга индивидуальных загрязняющих веществ, в том числе обладающих запахом. Это предельно допустимая концентрация (ПДК) загрязняющего вещества в атмосферном воздухе. Такие нормативы установлены более чем для 2000 соединений. По нормированию индивидуальных загрязняющих веществ в атмосферном воздухе Россия, можно сказать, впереди всех стран мира.

 

Нормативы работают так: например, вещество сероводород обладает запахом, источник – объект нефтеперерабатывающей промышленности. Если жители начинают жаловаться на запах, на предприятие приезжают сотрудники Роспотребнадзора, отбирают пробы воздуха, и если находят превышение норматива (ПДК для сероводорода 0,008 мг/м3), то принимаются соответствующие меры. Предприятие штрафуют, накладывают обязательства, проблема решается, система работает. Так, например, было с нефтеперерабатывающим заводом в подмосковной Коломне.

 

В Петербурге еще в середине прошлого века создавалась система мониторинга атмосферы, которая в настоящее время позволяет контролировать с помощью современных средств измерений большое число загрязняющих веществ в атмосферном воздухе. Однако в последнее время среди жалоб населения начали преобладать жалобы на шум и на запах — как раз тема нашей беседы.

 

Нос человека мгновенно реагирует на запах, организм дает соответствующий отклик и человек думает, что его травят. Эта проблема не очень остра в Петербурге, но есть города, где число жалоб населения превышает 300 в год, причем люди, в связи с невозможностью решить проблему на месте, пишут жалобы в Москву, на федеральный уровень.

 

Мы как раз занимаемся запахами в тех случаях, когда есть сильный запах, есть многочисленные жалобы населения, однако при проверке Роспотребнадзор не находит превышений ПДК по индивидуальным веществам. Соответственно, предприятие ничего не нарушает, воздействовать на него в рамках закона нельзя, и можно лишь апеллировать к гражданской ответственности руководителя. Это тупиковая ситуация, на которую в развитых странах уже давно обратили внимание. Первые работы по нормированию запаха в целом начались за рубежом уже более 50 лет назад. В дальнейшем, когда я буду употреблять слово «запах», то я буду иметь в виду запах сложной смеси различных веществ, а не индивидуальных соединений.

 

Измерение интенсивности запаха. Фото предоставлено НИИ «Атмосфера»

 

— Можно ли измерить и оценить концентрацию запахов?

 

— Да, современные приборы позволяют это сделать. Для измерения концентрации запахов применяют метод динамической ольфактометрии. Прибор, который называется ольфактометром, позволяет измерить концентрации запахов в отобранных на источнике выбросов газовых пробах. Затем с помощью действующей в России методики расчета рассеивания загрязняющих веществ в атмосферном воздухе ОНД-86 можно определить концентрацию запаха на различных расстояниях от источника (100 м, 500 м, 1 км и т. д.). Для оценки запаха в атмосферном воздухе используется переносной прибор.

 

— Как установить норматив запаха в атмосферном воздухе?

— За рубежом он измеряется в так называемых единицах запаха. Нормативы запахов устанавливаются, как правило, на региональном или муниципальном уровне. При этом норматив устанавливается таким образом, чтобы запах, с одной стороны, не вызывал значительного раздражения людей, с другой стороны, были учтены интересы и возможности предприятия, на котором работает население и которое платит налоги в муниципалитет. По сути это консенсус между бизнесом, населением и исполнительной властью. Диапазон устанавливаемых значений нормативов запаха от 2 до 15 единиц запаха в мвоздуха, в основном — 3-5 единиц. Важнейшим условием установления норматива запаха являются многочисленные жалобы населения, если нет жалоб, то норматив не устанавливается вообще, даже при наличии запахов. К сожалению, пока в российском законодательстве отсутствует даже понятие «единица запаха в кубическом метре атмосферного воздуха».

 

— Есть ли предпосылки к тому, чтобы нормировать запах на законодательном уровне и ввести понятие единицы запаха?

 

— Да. Во всяком случае, я надеюсь на это. На законодательном уровне необходимо ввести понятие единицы запаха для последующих измерений концентраций запахов и установления нормативов на региональном уровне, основываясь на жалобах населения. При этом действующая система гигиенического нормирования индивидуальных пахучих веществ продолжает действовать в полном объеме.

 

Наша лаборатория давно занимается проблемой измерения и нормирования запахов — работы в Мурманске начались еще в 2010 году, где в связи с многочисленными жалобами населения на неприятный запах, возникающий при сливе мазута из железнодорожных цистерн, местные власти пытались найти способ воздействия на топливосжигающие предприятия города. Следует отметить, что мазут является основным видом топлива для региона. По результатам трехлетних исследований был подготовлен проект норматива запаха, направленный в Роспотребнадзор, который до настоящего времени не утвержден, работа застопорилась на федеральном уровне.

 

В этом году, в связи с Годом экологии, темой вновь заинтересовались. Недавно я принимал участие в заседании Совета при полномочном представителе президента в Центральном федеральном округе и внес предложение о возможности установления норматива по запахам на региональном уровне и введения понятия «единицы запаха на м3». Предложения обещают рассмотреть до 1 декабря этого года на уровне Минздрава и Минприроды. Для России такое решение позволит проводить работы по нормированию запахов на региональном уровне.

 

Отбор проб выбросов запаха на источнике. Фото предоставлено НИИ «Атмосфера».

 

— Что считается дурнопахнущим веществом? И насколько законно появление запахов в городе? Как они могут вредить здоровью человека?

 

— Понятие дурнопахнущее вещество не вполне корректно, потому что запах индивидуален. Если вы выльете на себя флакон приятных, казалось бы, французских духов, то в транспорте от вас будут шарахаться. При высоких концентрациях многие вещества переходят в категорию раздражающих. Потому дурнопахнущие вещества – это, прежде всего, те вещества, на которые поступают жалобы населения. Например, в Горелово есть производство растворимого кофе, основное на Северо-Западе. В окрестностях предприятия ощущается настолько интенсивный запах кофе, что жители жалуются на этот, казалось бы, приятный кофейный аромат. А значит, его тоже можно относить к дурнопахнущим.

 

Если обсуждать вред запахов, то большинство исследователей относят запах к социальным факторам, то есть он мешает человеку жить, но не наносит существенного вреда здоровью. Люди, которые приходят домой, открывают форточку и вместо чистого воздуха вынуждены вдыхать неприятный запах, испытывают стресс. Если человек – астматик, может быть даже клиническое воздействие. Но в целом запахи в таких концентрациях, когда их начинает ощущать человеческий нос, не являются токсичными. У нас была ситуация с метилмеркаптаном. Он выделяется на всех предприятиях целлюлозно-бумажной промышленности и пахнет очень резко и неприятно. ПДК установили по запаху в 1995 году — 9х10-6 мг/м3, в 2003 году норматив изменили до 0,001, а сейчас 0,006 мг/м3. Оказалось, что люди, которые живут и работают на севере на монопредприятиях, не жалуются, несмотря на то, что концентрация метилмеркаптана была очень высокой и превышала установленные в то время значения ПДК. Поэтому в системе контроля запахов основой являются жалобы населения. Нет жалоб — проблемы нет, и нужно устанавливать нормативы на региональном, местном уровне.

 

— Какова технология и стандарты определения запахов?

 

— В своих исследованиях мы пользуемся европейским стандартом по динамической ольфактометрии. Аналогичные стандарты есть почти во всех странах. Подходы разные, но база для воздействия на предприятия-источники запахов — существует. В стандарте прописана жесткая процедура отбора и подготовки экспертов по измерению запахов, так как у всех у нас носы разные, я имею в виду разное обоняние. Если пять человек придут, к примеру, на очистные сооружения, и вы спросите у них, есть запах или нет, то один скажет — пахнет, второй ничего не почувствует. Запахи — это сложная смесь различных загрязняющих веществ. Сернистые соединения, например, нестойкие — когда они попадают в атмосферный воздух, то быстро окисляются и тут же переходят в другие соединения. Поэтому один и тот же запах на стометровом или километровом расстоянии от источника может серьезно различаться. Нельзя управлять тем, что не можешь измерить, но с помощью динамической ольфактометрии люди научились измерять запахи количественно, то есть отобрали пробу, проанализировали ее на приборе, определили выброс и по результатам расчета рассеивания узнали, что в этой точке концентрация запаха составляет три единицы в метре кубическом, в другой — 10 и т. д. А дальше надо переходить к нормированию, определить, что является критической чертой, за которой люди начинают жаловаться.

 

В ряде мест, кстати, жалобы могут носить политический характер — особенно перед выборами. Поэтому существует целая система работы с жалобами: жалуются люди по делу или нет. Например, живет человек в определенном месте и жалуется на запах из источника. Тогда надо посмотреть направление ветра в день заявки и выделить объективные жалобы, все это тоже нужно уметь. За рубежом система работы с жалобами от населения очень хорошо развита.

 

Мешки для проб. Фото: Ольга Головина

 

— Если обоняние у всех разное, то как можно с помощью человеческого носа измерить запах?

 

— Чтобы убрать неопределенность, было выбрано стандартное вещество (бутиловый спирт), по которому носы людей, которые принимают участие в исследовании, калибруются. За одну единицу запаха принимается концентрация 123 мкг нормального бутилового спирта в кубометре воздуха. Диапазон концентраций, в котором должны находиться носы людей, – это концентрации ровно в два раза меньше и в два раза больше — 61 и 246 мкг бутилового спирта в м3. Есть трудность — запахи, как и шум, воспринимается по логарифмической шкале, а не по линейной зависимости. Необходимо подобрать группу из четырех человек с обонянием в указанном диапазоне. Подготовка такой группы для исследования занимает около трех недель.

 

— То есть на объект приезжает группа людей и нюхают?

 

— Верно. Сначала отбирают пробу в специальные мешки с помощью автономного пробоотборника, проба может храниться не более 30 часов, проба анализируется на приборе теми же четырьмя респондентами с одинаковыми носами. Прибор последовательно разбавляет пробу ровно пополам, потом еще раз. Когда все участники этой группы почувствовали запах, компьютерная программа прибора рассчитывает концентрацию запаха в выбросе.

 

— Сколько нужно таких выездов, чтобы оценить постоянство запаха?

 

— Отбирают минимум три пробы, а статистика позволяет математически рассчитать концентрацию запаха. Метод разбавления отобранной пробы самый надежный и точный. Методики расчета рассеивания выброса разработаны во всех странах – все проверено и результаты достоверны.

 

Вы задаете вопрос о переменчивости атмосферного воздуха. Это общая проблема для всех загрязняющих веществ: атмосферный воздух — это очень нестабильная среда, в которой все меняется ежесекундно. Прибор переносной ольфактометр устроен так, что человек прилагает к носу специальную воронку и дышит чистым воздухом, после чего открывают маленькое отверстие, и разбавленная проба поступает к носу. Это принцип динамической ольфактометрии.

 

Ольфактометр. Фото: Ольга Головина

 

— Вы проводили измерения на полигоне складирования осадка сточных вод «Северный» ГУП «Водоканал Санкт-Петербург». Как проходила эта работа? Довелось ли исследовать таким же образом соседний полигон коммунальных отходов «Новоселки»?

 

— Действительно, 6-7 лет назад Водоканал заказал нам большую работу по оценке запахов. Мы отобрали пробы на каждом из источников, проанализировали их, на основании этого рассчитали выброс со всех иловых карт и показали, где и какие концентрации образуются по результатам расчета рассеивания действующей методики ОНД-86. Тогда руководство Водоканала было особенно заинтересовано в устранении запахов, поскольку поступали многочисленные жалобы от населения. Когда мы только начинали работу, проблема была очень серьезная.

 

Для «Северного» мы разработали комплекс профилактических мер, в том числе — распыление деодоранта. Его реагенты вступают в реакцию с веществами запаха и связывает их, что снижает концентрацию на 70%. Позднее мы оценивали эффективность — сотрудники «НИИ Атмосфера» сидели за КАД и с помощью переносного ольфактометра измеряли концентрацию запахов, которые летели с прудов – как раз ветер был в нашу сторону. 

 

Сегодня «Северный» как источник запаха не значим, чего пока не скажешь о полигоне «Новоселки». Мы должны были исследовать его в тот же период, что и «Северный». Поскольку проблема запахов стояла остро, подключилась прокуратура, Роспотребнадзор и Росприроднадзор. Однако нас попросту не пустили на объект, и отобрать пробы на территории полигона не удалось. Мне не хотелось бы озвучивать вероятные причины, но посчитать концентрацию не представилось возможным.

 

— На «Новоселках» озвучили решение укрывать тело полигона грунтом и строить станцию активной дегазации - насколько эти меры эффективны в борьбе с запахами?

 

— Укрытие — это единственный эффективный способ для данного предприятия. Основной запах летит с действующего полигона: пищевые отходы, органика. Когда полигон закрывают, обволакивают его землей, механизм функционирования объекта становится другим. Без доступа кислорода анаэробные бактерии переработают остатки органики, образуется метан, запахи постепенно угасают. Когда полигон полностью закроют, проблема решится сама собой.

 

Пример – аналогичный полигон был на юге Петербурга, справа от Пулковского шоссе. Там сначала разбрызгивали специальные реагенты, потом соорудили шестиметровые заборы, позднее — закрыли, и теперь там ничего не пахнет.

 

Использование свалочного газа в качестве источника энергии тоже неплохо, но имеет меньшее отношение к проблеме запахов. На станции дегазации собирают и используют метан, но сам он не пахнет, но имеет отношение к парниковому эффекту. Свалка как мощный организм живет долго – постепенно делаются шурфы, по которым метан выходит на поверхность для сбора и переработки в электроэнергию.

 

Ольфактометрическое определение концентрации запаха. Фото предоставлено НИИ «Атмосфера»

 

— Если запахи пока не нормируются законом, то с какой целью заказывают исследования и какие методы решения существуют?

 

— Основная задача исследований, которые мы выполняем, связана с внедрением оборудования для ликвидации возможных неприятных запахов. Технологии очень разные, и применяются в зависимости от профиля предприятия и основных источников запаха.

 

Наиболее активны в этом плане зарубежные компании, для которых работа по мониторингу запахов в порядке вещей. Например, недалеко от аэропорта Пулково расположено производство жевательной резинки. Они заказали работу, провели инвентаризацию выбросов, после чего заказали оборудование по дожиганию органики в выбросах.

 

Есть сложные предприятия по переработке биологических материалов, отходов мясопереработки, которые издают ужасный запах. Одно такое предприятие действует в России. Это большой ангар, куда грузовик привозит остатки. Открываются ворота, грузовик заезжает, ворота плотно закрывают — доступа для посторонних нет и выброса наружу нет. Там машину разгружают, моют. На выходе после переработки получается жир, который отгружается цистернами, костная мука с измельченными перьями, а все запахи сжигаются. Каждый из полученных материалов пользуется спросом. Это немецкая технология, конечно, дорогостоящая.

 

Часто бывает так, что источников несколько, но важно определить источник с максимальным выбросом. Когда мы работали на Северной станции аэрации (САА) ГУП «Водоканал», мы искали источники, которые дают максимальный выброс запахов. Нашли совсем маленький – посоветовали именно на нем применять мероприятия по уменьшению выброса запахов. Результат — запаха нет.

 

Есть установки подавления запахов, есть распыление отдушек ароматических веществ — это, кстати, способы устранения запаха на действующих полигонах твердых коммунальных отходов.

 

Для каждого случая есть пути решения, но обязать предприятие использовать ту или иную технологию снижения пока никто не может — система неразвита. Во многих случаях это инициатива руководства предприятия. 

 

Интервью взяла

Ольга ГОЛОВИНА.

 

Опубликовано на сайте «Санкт-Петербург.ру» 30 августа 2017 года.

 

Источник: https://saint-petersburg.ru/m/ecology/golovina/361393/

Интервью / 47 / Искандер-ака / Теги: запахи, загрязнение воздуха, владимир цибульский, экология, ольфактометрический анализ / Рейтинг: 5 / 1
Всего комментариев: 0
«Эко.знай» — международный сетевой ресурс экологического просвещения © 2015-2017.    Редактор — Александр Жабский.    +7-904-632-21-32,    zhabskiy@mail.ru